Том 3 Глава 27 В верстах двадцати пяти от Новогорода они сделали последнюю остановку. Селение было небольшим — пара десятков деревянных домов, крытых соломой, — и располагалось на берегу реки. Ингвар, присмотрев стоящую у самой воды баньку, отправил одного из дружинников договориться с хозяином, чтобы пустили помыться. Баня удалась на славу. Ингвар мылся почти два часа: парился, выходил, нырял в ещё стылую реку и снова парился. — Ты скоро скрипеть от чистоты начнёшь. — Пересвет передал Ингвару запотевший жбан с холодным квасом и кружку. — Давно в бане не мылся? — Давно, — честно ответил Ингвар, наливая себе кваса. — В реке, ручье, заводи — постоянно. Где же ты баню в походе найдёшь? Если в городе стояли, можно было горячей водой ополоснуться, только топят там торфом, а он тлеет больше, чем горит, и дымом потом от тебя несёт, как от копчёной рыбы. Выходишь чистый, но вонючий. К стоящему в стороне Ярополку, который мирно беседовал с местным старостой, подлетела бабочка-вестница. Посмотрев сообщение, Радборт сморщился, потом покачал головой и направился к юношам. — Первослав навстречу выехал — через час тут будет, — сообщил он, подходя к брату. — У тебя есть что-то приличное из одежды или только эти лохмотья? Хочешь, рубаху свою дам? Мне Нежка много в дорогу уложила. — Я выше, а ты в плечах шире — как на мне твоя рубаха смотреться будет? — Ингвар встал со скамьи и потянулся к своему мешку. — Да и смысл мне рядится? Не девка чай… Он взял свой мешок и достал две рубахи — нижнюю, из льна, и верхнюю, из неотбеленного холста. Ингвар вздохнул и, улыбаясь, посмотрел на брата, который недовольно хмурил брови: — Думаешь, Первослав едет звать меня на пир? Уверен, как только он закончит радоваться возвращению брата, из него во все стороны полезет правитель Восточных Земель. Первое…