Том 1 Глава 248 - Макения (1). — Хо-хо. Хорошо растёте. Рад на вас смотреть. В Академии был разбит большой сад, и весна сюда всегда приходила немного раньше, чем в окрестности. На клумбах уже поднимались разноцветные бутоны. Ректор Гуллемасия обходил клумбы с лейкой и разговаривал с цветами как со старыми знакомыми. Стоял тёплый, ленивый послеобеденный час. Рядом на солнце зевала кошка, на ветках перекликались птицы, лёгкий ветер едва касался кожи. Гуллемасия давно не позволял себе такой тишины. Из главного зала доносился усиленный магией голос ведущего. Ректор повернул голову в ту сторону. — Сейчас, должно быть, знакомят первокурсников со студентами, вернувшимися с войны. Новые встречи порой приводят к самым неожиданным... Кхе! Кхе-кхе! Кашель вырвался из самой груди и согнул худое тело. Гуллемасия перестал поливать цветы и закрыл рот ладонью. Приступ долго не отпускал. Птицы испуганно сорвались с веток, и только после того, как они скрылись за деревьями, старик сумел выровнять дыхание. Кхм... Он дождался, пока уляжется хрип в груди, и раскрыл ладонь. На коже осталась кровь. Гуллемасия молча смотрел на неё из-под седых бровей. Затем почувствовал приближение человека и мгновенно смыл следы магией. К нему шла профессор Паула — одна из множества его учениц. Когда она подошла, на лице ректора уже снова была привычная мягкая улыбка. — Что случилось, профессор Паула? — Дедушка! Я ведь сказала тебе не решать всё за моей спиной! В стенах Академии она почти никогда не называла ректора дедушкой. Но стоило ей по-настоящему разозлиться или испугаться — и взрослая женщина на миг становилась той девочкой, которой была много лет назад. Паула сердито свела красные брови. Увидь это другие преподаватели, кто-нибудь наверняка счёл бы её тон вопиющим неуважением к ректору. Сейчас ей было…