Том 2 Глава 26 - Гнев матери 26. Лисандр. Гнев матери Дидона Раа, жена Ромула Раа и мать его семерых детей, входит в командный центр с таким видом, словно намерена взорвать его. Она идет во главе военизированной колонны ауреев в броне и плащах. На глазах у них оранжевые защитные очки. Лица закрывают уганы из темной ткани. В отличие от Ромула и его сыновей, у них имеется тяжелое оружие, боевые маски и прыжковые ботинки. Среди них нет ни одного черного или серого. Это дело золотых. Мы с Кассием припадаем к полу. О нас ненадолго забыли. Мы ищем какой-нибудь выход из зала, но здесь всего одна дверь. – Здравствуй, жена, – подает голос Ромул со своей подушки. – Муж… – глухо бросает Дидона, направляясь к нему. В этом зале перевес явно на ее стороне: у Ромула гораздо меньше людей. На Дидоне рыжевато-коричневый плащ, под ним – легкие каратановые доспехи цвета пыли, с радиационной защитой и капюшоном. Крил закрывает ее лицо, оранжевые светоотражающие очки – глаза, а голова обмотана уганом, как у скитальца-бедуина на Старой Земле. За спину закинуто длинное черное ружье. Дидона через каждые три шага освобождается от какого-либо предмета из своего облачения – снимает уган, капюшон, пока густая спутанная масса начинающих седеть темных волос не падает ей на плечи, обрамляя энергичное, резко очерченное лицо с острыми скулами. Серо-золотые глаза вспыхивают из-под густых темных ресниц; у нее те же тяжелые, сонные веки, что и у дочери. Весь ее облик хочется назвать сумеречным, однако у нее теплая кожа женщины, выросшей на венерианских морях, поблизости от солнечного лона. – Ты сказал, что отправляешься на охоту. Но не говорил, что твоя добыча – гахья и заблудшие дочери. – Возможно, моей добычей должны были стать вероломные жены, – отвечает Ромул. Он окидывает взглядом стоящих за спиной…