Том 1 Глава 29 - Три месяца до конца эпохи Дата: с 28-го по 25-е число 3-го месяца, 3-й год Сяньфэна (с 18 мая по 10 августа 1852 года). Зал Высшей Гармонии мерцал под лучами солнца, проникающими сквозь резные ширмы и отбрасывающими длинные тени на камень. Под расписными балками стояла знать с уверенностью людей, рожденных править, но ничем не сформированных. Впереди стоял Ниохуру Вэньшань, с толстой шеей и широкими плечами, его лицо было измождено охотничьими домиками, а не полями сражений. Его губы изгибались с каждым словом, словно воздух должен был удостоиться чести нести его голос. «Знамена Ниохуру не бездействовали, — провозгласил он. — Триста пятьдесят тысяч человек откликнулись на наш призыв. Южные перевалы не будут оставлены для благовоний и чернил». Он бросил многозначительный, едва прикрытый взгляд на делегацию внутреннего двора, сидевшую сбоку. Таня, молча сидящая в своем церемониальном положении за вуалью, скрывающей ранг И Нина, никак не показала, что заметила происходящее. Ее глаза оставались опущенными, осанка безупречной. Но ее неподвижность не была кротостью. Это была неподвижность натянутого лука, ожидающего своего часа. Следом шагнул Фуца Телунь, одетый в слишком толстые для этого времени года одежды, с лицом, напудренным до бледной неподвижности. Ногти были покрыты лаком, но на большом пальце левой руки виднелась мозоль от каллиграфии, а не от приказа. «Тайпины — всего лишь термиты, многочисленные, шумные, но слепые, — сказал он. — Наши люди послужат наковальней, на которой будет выковано будущее вашего величества». Он улыбнулся, и нарисованная складка у его губ слегка треснула. Гульвалгия Шунью, самый молодой и самый театральный, провел рукой по двору, словно стоя на сцене. Его голос звучал отрывисто, как у человека, воображавшего себя…