Том 1 Глава 13 - Тяжесть невысказанного Дата: с 9-го по 29-й день 9-го месяца, 2-й год правления Сяньфэна (27 октября – 16 ноября 1851 г.). Дворец И Нин стал тише. Не от запущенности, а от стремления к совершенству. Оставшиеся звуки были намеренными: тихий шорох кистей по каменным плитам, размеренный шелест вышитого шелка, нежные прикосновения кистей к свиткам бухгалтерских книг. Подобно храму, исполняющему служение, его красота заключалась в сдержанности. Аромат сандалового дерева доносился из спрятанных курильниц, смешиваясь с острым краем свежевыглаженного пергамента. Сосновые иголки, разбросанные вдоль дорожек, были аккуратно уложены, отражая царящий внутри порядок. Слуги говорили шепотом. Никто не бегал. Ничего не гремело. В бледном утреннем свете И Нин напоминал не дворец благосклонности, а дворец стратегии — шатер генерала, замаскированный под зал супруги. Тем утром на столе Тани лежал пресс-папье в форме Цилиня. Доставленный без объяснений, его бронзовая форма блестела под косыми лучами солнца. Рог существа был изогнут вперед, напряженный, но не агрессивный, символизируя взвешенное суждение. Таня ничего не сказала, но ее взгляд задержался на мгновение дольше обычного. «Теперь они взвешивают результаты», — пробормотала она про себя. «А не имена». В тот же день Таня начала проверку распределения обязанностей по зимнему ритуалу. Это была утомительная работа: списки распорядителей, книги учета запасов, инвентаризация ритуальных одежд и расписание церемоний, сопоставленное с астрологическими календарями. Цзян Ланьинь тихо читала неподалеку, записывая запросы на чернила. Юлин расхаживала по свиткам с восточной полки. Каждый развернутый Таней свиток раскрывал свой собственный ритм: гармонию цифр или диссонанс противоречий. Имена повторялись там, где не следовало.…