Том 1 Глава 4117 Цинь Лан сказал верховному Конфуцианцу: «брат Верховного конфуцианца и Даоса, тебе не нужно ни о чем беспокоиться. Просто разберись с Тяньчэном изо всех сил. Я помогу тебе сдержать его. Ты просто думаешь, что это дисциплина для тебя.» Выслушав слова Цинь Лана, Верховный конфуцианец наконец успокоился. В это время Цинь Лан действительно начал сдерживать тяньчэна. Таким образом, Верховный конфуцианец может полностью проявить свою атакующую позицию, атаковать Тяньчэн непрерывно, пока он не уничтожит его. Что бы он ни говорил тяньчэну, он никак не мог поколебать идею Цинь Лана, потому что в это время Цинь Лан начал черпать силу культивирования Тяньчэна через высшие вещи. Цинь Лан был не очень хорош в это время и показал свою настоящую сторону. Выгоды от привлечения нигилистической силы не были велики для Цинь Лана, но она могла расти высшим путем. Это было дешево. На самом деле, независимо от высшего конфуцианства или Тяньчэна, они не так уж сильно отличаются от не-мировых монахов, которых Цинь Лан встречал раньше, но они используют более «примитивные» даосские методы. В отличие от других монахов, которых знал Цинь Лан, у них у всех было много таинственных даосских методов нападения и защиты. Кроме этого, разницы почти никакой. Хотя нет большой разницы в воспитании этих ребят, есть очевидная разница — кажется, что нет никакой тайны между высшим конфуцианством и небесным городом! До сих пор Цинь Лан не видел монаха без мира, который использует таинственные вещи, даже если в Волке нет никаких таинственных вещей, что действительно заставляет Цинь Лана чувствовать себя очень странно. Если в нем скрыта какая-то информация, то стоит Цинь Ланю внимательно изучить ее, но он знает, что с этим делом нельзя спешить, потому что речь идет о таинственных вещах, похоже,…