Том 1 Глава 160 Самое яркое воспоминание о матери связано у меня с сигаретами. Она пыталась скрывать эту привычку от нас с Мохва и бесчисленное количество раз клялась, что бросит курить. Но она была словно осень — совсем как её имя. Когда на неё накатывало одиночество, она часто закуривала, чтобы хоть немного его унять. Отец всегда беспокоился о её здоровье и ворчал: — Да сократи ты уже количество этих проклятых сигарет! На что она тут же огрызалась: — Для начала перестань говорить «проклятых» при детях! Иногда хорошая память становилась проклятием, а иногда — благословением. Человек, любивший опавшие листья. Человек, пытавшийся запечатлеть звуки всего, что умирало. Такой я мог представить свою мать по нотным листам, которые она оставила после себя. Судя по ним, по характеру она была полной противоположностью отцу, который от природы отличался оптимизмом. Даже прочитав все отцовские дневники, я до сих пор с трудом понимал, как они могли влюбиться друг в друга и в итоге пожениться. Впрочем, разве любовь вообще можно легко объяснить с рациональной точки зрения? История, начавшаяся в парке, была полна непонятных моментов, но именно это по-своему делало её прекрасной. Я закончил свои недолгие размышления. Нельзя было заставлять собеседницу ждать слишком долго. — …Да, всё верно. Могу я узнать, почему вы спрашиваете? Госпожа Хва Ён несколько раз кивнула и протянула мне руку. — Я подруга Гаыль. "…Ничего себе. Оказывается, у моей матери была подруга? Интересно, нашлись бы у меня друзья, будь у кого-то такой же характер, как у меня?" — Ха-ха! Значит, не зря я прожила столько лет. По одному твоему лицу могу понять, о чём ты думаешь. Рю Иден, наблюдавший за происходящим со стороны, недоумённо склонил голову. Вообще-то, моё лицо не выражало ровным счётом ничего. — Гаыль была…