Том 1 Глава 17 Я не спал всю ночь. Не мог. Каждый раз, когда я закрывал глаза, перед внутренним взором вставала картина: маленький замёрзший свёрток на санках, испуганные глаза матери, и холодная, расчётливая усмешка Влада. Я гнал эти мысли, заменяя их схемами, планами, тактическими выкладками. К утру голова раскалывалась, а кофе казался просто горячей водой без вкуса и запаха. Ровно в 8:00 по моим внутренним часам камеры зафиксировали движение у сторожки. Дверь распахнулась, выпуская наружу четверых: Влад, Андрей, Ященко и, конечно, Алексеева. Она шла последней, но именно её фигура, даже в бесформенной зимней одежде, излучала власть. Они двигались цепочкой, проваливаясь в снег, но упрямо продвигаясь вперёд. Курс — дом Иры и её семьи. Я увеличил изображение. Руки на пульте слегка дрожали. Не от страха. От предвкушения. Как у хирурга перед сложной операцией. Или у палача перед выходом на эшафот. Они шли не спеша, будто знали, что я смотрю. Временами Влад останавливался, поворачивался лицом к невидимой камере и скалился, показывая жёлтые зубы в оскале, который должен был изображать улыбку. Андрей нёс какой-то свёрток — верёвки? инструменты? Ященко, сутулясь, плёлся сзади, его очки, несмотря на холод, блестели, как у испуганного филина. Дом семьи встретил их тишиной. Труба еле дымила — у них почти не осталось топлива. Влад без стука рванул дверь. Та поддалась не сразу, но с третьего рывка распахнулась, выпуская наружу клуб пара и приглушённый женский крик. Я переключил камеру на ту, что установил у их дома во время прошлого визита. Картинка была отвратительной — дрон пришлось посадить в сугроб, и объектив наполовину закрывал иней. Но звук… звук я настроил идеально. — Где они? — голос Влада, грубый, хозяйский. — П-пожалуйста… — женский голос, Ира. Дрожащий, полный…