— Сгинь, чудище! Тебе не место в этом мире! — воскликнула она, направив покрытую рунами рапиру на Вселита. Золотой свет отбросил тени и развеял убийственное намерение, что всё ещё давило на верующих. — Не по своей воле был я призван сюда. Я лишь внемлил зову людей, что жаждут воздать мне должное, — ответил Вселит. — Должное? Ты лишил их свободы и обращаешься с ними, как с пищей! — Фрие не верилось, что она и вправду следует подобному сценарию. — Глупая девчонка! То же самое можно сказать о любой религии, — Вселит и его зверь устремились вперёд. — Бегите! Я задержу его, насколько смогу! — Фрия полетела на врагов, замахиваясь на всадника. Ударившись о руку Вселита, её рапира издала звон. Люди с трепетом смотрели на маленькую фигурку, сумевшую в одиночку остановить двух монстров. Многие из них знали Фрию и презирали за то, что та была приспешницей виконта Крэйма. Теперь же глаза их наполнились слезами благодарности, а сердца — восхищением. — Нам не следовало сомневаться в наших магах, — говорили многие, помогая тем, кто из-за пережитых эмоциональных потрясений был слишком слаб, чтобы подняться самостоятельно. — Отребье, — бросил Лит с широкой ухмылкой, в то время как Защитник продолжал отступать, делая вид, будто силы сравнялись. — С этими голограммами что, можно делать вообще всё, что угодно? — прошептала Фрия, стараясь, чтоб её спина не мешала зрителям увидеть человеческую руку Лита, проявлявшуюся в местах соприкосновения с её клинком. — Если бы... Я не смогу долго поддерживать их, — но это была ложь. Лишь глаза его были покрыты голограммами, из-за чего казалось, будто они открыты. Что же до руки, он попросту возвращал ей человеческую форму при столкновении. И они продолжали сражаться, когти против клинка, заклинание против заклинания. Каждое их движение было…