Про'Блемаузурос торжествующе заревел. Он выдержал все эти мучительные заклинания, чтобы убедиться, что его враг окажется именно в этом углу комнаты. Ловкость и хитрость ничего не значили в таком замкнутом пространстве, важна была только сила, а ее у него еще хватало, чтобы выкорчевывать деревья одной рукой. Он прыгнул вперед, размахивая своими огромными кулаками, как молотами, слева и справа от Лита, чтобы отрезать ему пути к отступлению. В то же время его голубой глаз светился маной, заставляя сосульки удлиняться. Ловушка была завершена, рейнджеру оставалось только выбрать, как он хочет умереть: от кулака, от укуса или от льда. В последнюю секунду, когда Лит упёрся в ледяной кол, а балор сделал рывок для добивающего удара, Лит поменял их местами заклинанием Обмена, заставив ледяное копье, колющее его спину, пронзить голубой глаз, мозг и череп Про'Блемаузуроса. Тело балора несколько раз дернулось, хлынула кровь из нескольких колотых ран. «Это было близко, — выдохнул Лит, отрезая голову Про'Блемаузуроса Гейткипером. — Балоры слишком сильны, чтобы встречаться с ними лицом к лицу, а их глаза — оружие массового поражения, способное тонко управлять стихиями. Я почти купился на его финт, но, к несчастью для него, я тоже люблю, когда меня недооценивают. Использовать против меня мою собственную наколдованную воду было умным ходом, именно так я бы поступил на его месте. Вот почему я использовал заклинание пятого уровня, которое использовало и магию воды, и магию тьмы. Когда вода была пропитана его маной, она не могла причинить ему вреда, но тьма все еще была моей. Его непонимание того, как работают заклинания пятого уровня, стало решающим фактором в его поражении» Шквал заклинаний, которые Лит использовал, отступая назад, был предназначен не столько для того, чтобы навредить…