— …Так что, будьте уверены, здесь у вас будут только друзья, — говорил барон. — В плане? — Лит начинал понимать образ жизни барона. — Ты мне ровня, но не потому, что ты тоже барон, а потому, что ты заслужил свой титул. Я много слышал о тебе, и мои люди тоже. Ты убил виверну, будучи пацаном, и дракона, будучи мужчиной. Мы здесь уважаем силу. — Это был просто человек в форме дракона, — заметил Лит. — Сильный и скромный! Скажи мне, парень, когда ты планируешь начать свою охоту? — Когда ты укажешь мне направление, — Лит пожал плечами. — Видишь? Вот о чем я толкую! Пойдемте, нам нужно многое съесть и еще больше обсудить перед отъездом. Отказ не принимается. Лит последовал за бароном в столовую, где завтракали баронесса и их дети. Госпожа встала, чтобы поприветствовать гостя, за ней последовали дети. — Барон Верхен, это моя жена, Мирриас, и мои дети, Кату и Ириэл, — Баронесса была женщиной лет тридцати, со светлыми волосами и зелеными глазами. Она была на целую голову ниже своего мужа, и Лит счел бы ее красивой, если бы не молочно-белая кожа, типичная для севера, которая придавала ей болезненный вид в его глазах. Оба ребенка были близнецами: у них были рыжие волосы отца и зеленые глаза матери. Они тоже были настолько бледны, что инстинкт целителя Лита заставил его в считанные секунды наложить диагностическое заклинание на всю семью. Он поклонился им и сел за стол рядом с бароном Вайлоном. Только тогда Лит заметил, что стол на самом деле был зачарован. Пока служанки подавали им свежий белый хлеб и кашу, в воздухе появилась голографическая карта местности. Глаза леди Вайлон на долю секунды сердито сверкнули, но она ничего не сказала. — Подземелье тут, — Барон указал вилкой на основание небольшой горной гряды в нескольких десятках километров от Джамбеля, заставив голограмму…