Кузница Цветения была полной противоположностью кузницы Некро. Вместо того, чтобы с самого начала создать идеальное псевдоядро и объединить его с носителем, Лит создавал небольшое псевдоядро и пути маны, необходимые для предотвращения его рассеивания, уже непосредственно внутри молота. Предполагалось, что это потребует меньше внимания и маны по сравнению с Некро. Пути маны позволяли энергии Лита смешиваться с энергией кристаллов маны в процессе ковки. Это уменьшило бы сопротивление, которому подвергалось псевдоядро при взаимодействии с сосудами маны, а, начав с малого, все возможные ошибки можно было бы подправить по мере формирования ядра. Кузница Цветения была далека от совершенства даже в теории. Лит уже предвидел, что по мере продвижения процесс ковки будет становиться всё сложнее. Ни псевдоядро, ни пути маны не могли выйти за пределы своей идеальной формы. У кузницы Цветения был порог, за которым любая ошибка означала бы непоправимый провал. Сложность кузницы Некро достигала своего предела в самом начале процесса ковки, когда Лит был на пике своих сил, и снижалась по мере слияния псевдоядра с изделием. Кузница Цветения же, напротив, начиналась сравнительно просто и становилась сложнее с каждым последующим шагом. Вторая проблема заключалась в том, что одновременная работа с псевдоядром и путями маны требовала от Лита немалой концентрации. Так как со временем он лишь сильнее уставал, ему предстояло выполнять наиболее сложные действия в ослабленном состоянии. [Ты готова, Солус?] — спросил Лит. [Готова. Начинаю заряжать круг маны] — пространство вокруг кузницы было окружено голубым столбом света. Он был создан из мировой энергии, которую Солус добыла из гейзера маны под ними. Лит установил орихалковый молот в центре обсидианового стола, служившего ему кузницей маны, а…