Столик был достаточно близко к сцене, чтобы наблюдать за представлением, и вокруг него было больше свободного пространства по сравнению с другими местами. Осознав свою ошибку, Камила всю дорогу смеялась, держа в руках букет. — Прости, я не хотела грубить. Куда мне поставить эти цветы? Прежде чем она закончила фразу, официант принес вазу, а другой принес третий стул, чтобы букет мог распространять свой аромат, не стоя между ними. Камила не упустила из виду, что персонал был слишком дружелюбен, а стол слишком хорош для двух новых клиентов. Слова матери начали эхом отдаваться в ее голове, и ее лицо помрачнело. — Будь честна. Я действительно похож на гробовщика? — Лит принял выражение ее лица за неодобрение и выругал себя за то, что не последовал совету сестры одеваться в светлые тона. — Что? Нет. Тебе это идет, но на твоем месте я бы сняла пиджак. Ты немного перестарался, — сказала она, снова улыбаясь странному вопросу. — Как прошел твой день? — спросил Лит, заметив, что что-то не так. — Все началось довольно плохо, но становится лучше. А как насчет тебя? — Пока все идет хорошо. По крайней мере, сегодня никто не пытался меня убить, — сказал он со вздохом, пока официант приносил им меню. — Сегодня? А как насчет вчерашнего дня? — Лит рассказал ей о мерзости в лесу Траун тем же тоном, каким делал заказ. — Как ты можешь быть таким спокойным? Ты чуть не умер дважды за столько же дней. — Я уже говорил тебе раньше. Моя жизнь довольно сумасшедшая. Если ты читала мое личное дело, то знаешь, в какую передрягу вляпалась, — сказал он с грустной улыбкой, когда группа начала играть то, что он считал не более чем ритмичным шумом. — Как ты всегда говоришь, давай не будем говорить о грустном. Что ты думаешь о музыке? — Они хороши, — шокированное выражение лица Лита при ее ответе заставило…