Том 3 Глава 20 - Правитель поневоле В себя я пришёл не сразу. Сначала был гул в ушах — низкий, давящий, как будто я стоял рядом с работающей плавильней. Потом — тяжесть в затылке, липкая и тупая. А потом — голос Сильфины, которая трясла меня за плечо с такой силой, словно пыталась вытрясти из меня душу обратно в тело. Её лицо маячило надо мной, бледное, перепуганное, с глазами, которые, казалось, вот-вот выскочат из орбит. — Шинджи! Ты слышишь меня? Ответь! — Да, — прохрипел я. — Не ори. Голова раскалывается. — Ты был без сознания почти десять минут! Я сел. Пол подо мной был холодным и твёрдым — я лежал на досках общего зала, подперев головой ножку стола. Юко стояла в стороне, сжимая свой неизменный блокнот, и выглядела так, будто только что пересчитала все возможные варианты развития событий и ни один ей категорически не понравился. Ая сидела у стены, обхватив колени руками, и смотрела в одну точку. Её лицо было белым, как бумага, на которой Юко вела свои бесконечные счета. — Что произошло? — спросил я, потирая затылок. — Вы оба просто упали, — ответила Юко, и её голос был на удивление ровным. — Одновременно. С интервалом в секунду. Я уже думала, что вас отравили. — Нас не отравили, — тихо сказала Ая, не поднимая глаз. — Нас... позвали. Мы переглянулись. Сильфина не поняла, Юко нахмурилась. А я вдруг вспомнил всё — разом, как удар молнии. Белый зал. Альтеора. Драконов, которые говорили чужими, древними голосами. И Хироши. Его лицо, его улыбку, его голос. — Я видел его, — сказал я. — Кого? — Сильфина подалась вперёд. — Хироши. Она замерла. Юко медленно опустила блокнот. — Ты уверен? — спросила она. — Абсолютно. Мы говорили. Он жив. Он... — я хотел сказать, что он выглядит здоровым, что он силён, что он всё ещё ищет меня, но слова застряли в горле. Потому что вместе с…