Том 1 Глава 11 - Дневник Юко Запись без даты. Отец всегда говорил: «Соль и солнце портят бумагу, дочка. Лучшие мысли держи в голове». Но мысли — они как рыба в сетях. Если их вовремя не вытащить, они начинают тихо биться о череп, пока не умрут и не начнут вонять. Я проверяла. Так что буду писать. На этих страницах — только правда. Хотя бы для себя самой. Мама пахла корицей и дымом чужих костров. Её кожа была темнее моей — цвета крепкого чая, — а глаза видели то, что другим недоступно. Далёкие берега, огненных рыб в реках из раскалённого камня, небо, в котором танцуют три луны. Она умерла в моей голове задолго до того, как корабль отца пропал в море. От горя. От тоски по дому, который она больше никогда не видела. Она сгорала здесь, в Аокисэ, медленно, как свеча на сквозняке, и никто, кроме меня, этого не замечал. Отец пах морем и табаком. Его руки всегда были в мелких порезах от рыболовных снастей. Он учил меня не бояться соли на губах и штормов за горизонтом. «Мир огромен, Юко, — говорил он, — и в нём есть место для той, кто не боится плыть против течения». Они оба — мама и отец — оставили мне одно наследство. Тоску по дороге. И страх, что дорога эта всегда ведёт к потере. Тётя Мия, мамина сестра, дала мне кров и работу. «Рыба не пахнет романтикой, девочка, — ворчала она, перебирая утренний улов, — но она кормит. А романтика... романтику не намажешь на хлеб». Я училась взвешивать скумбрию, потрошить кальмаров и торговаться с пьяными моряками. У меня неплохо получалось. Но по ночам, закрыв глаза, я видела не рыбные ряды. Я видела полки с глиняными банками. В них — куркума, шафран, сушёный имбирь с Восточного континента. В моих мечтах всегда пахло не рыбой, а будущим. В тот день на рынке всё было как обычно. Я перекрикивалась с соседним торговцем, когда он подошёл.…