Том 1 Глава 49 Иэн продолжил читать, медленно переводя взгляд со строки на строку. По всей видимости, узнав правду, его отец прежде всего почувствовал глубокое отвращение к собственному роду. Вероятно, Альберт пытался постепенно разорвать связь между Гамильтонами и фанатиками, существовавшую на протяжении многих поколений, и решил начать с самого себя. И хотя его попытка в итоге закончилась неудачей, он наверняка хотел, чтобы хотя бы собственные дети однажды узнали неприукрашенную истину, а не продолжали верить в ложь, скрытую за красивой оболочкой. Однако Иэна тревожило другое: Альберт Гамильтон писал эти воспоминания, заранее исходя из того, что к тому времени, когда сыновья их прочтут, самого его уже не будет в живых. Казалось, он с самого начала знал, что все его попытки обречены на провал. Проведя кончиками пальцев по обложке дневника, Вероника задумчиво спросила: — Что чувствует человек, который начинает какое-то дело, заранее зная, что всё закончится плохо? На мгновение Иэн попытался представить себя на месте отца. Подобная борьба казалась настолько же бессмысленной, как попытка вычерпать ложкой воду с корабля, который с каждой минутой всё глубже погружается в море, однако просто остановиться и отказаться от своих действий тоже было невозможно, ведь слишком многие могли надеяться только на тебя. — Наверное, он чувствовал полную безысходность и хотел убежать… Только теперь Иэну удалось хотя бы немного понять собственного отца. Прежде Альберт всегда казался ему бесконечно далёким человеком. Даже находясь «дома», он словно пребывал мыслями где-то в другом месте и каждый день жил так, будто от чего-то спасался, поэтому Иэну неизменно было трудно узнавать в нём собственного отца. Порой он даже представлял, будто настоящий Альберт бесследно исчез, а его оболочкой…