Уперев взгляд в выпуклое окно, в стекле которого отражалась зажжённая настенная лампа на газу, Алгер, по-прежнему скрывающий своё лицо за капюшоном и маской, уже было собрался узнать подробности операции, как вдруг заметил, как из густой тени рядом с ним вышла тень, мгновением позже превратившаяся в молодого человека. Алгер тут же узнал в этом болезном теле Бескровного Хита Дойла, второго помощника капитана “Грядущего”. В свою очередь Хит, даже не став смотреть в сторону гостя, сразу обратился к Каттлее: — Капитан, никто ничего не заметил. Грибы оказались в супе-пюре, а рыбу основным блюдом пожарили на сковороде. — Отлично, – Каттлея сняла тяжёлые очки и взглянула своими мистически-фиолетовыми глазами в сторону кухни, отделённой от них стеной. Хит же безмолвно превратился обратно в тень и исчез из комнаты. Алгер из этого сразу выцепил главное – ключевой деталью стали ядовитые грибы! И хоть он не знал, как Адмирал Звёзд заблокировала духовную интуицию Потусторонних внутри, дабы не дать отличить ядовитые грибы от безобидных, он верил в то, что в оккультизме это возможно. — Не приведёт ли это к смерти Ремесленника? – нерешительно спросил он. “Дикие”, ничейные Ремесленники были крайне редки, и терять такой актив Алгеру было не с руки. Одним из вариантов дальнейших действий было пленение Шарфа, чтобы сделать его личным работником Каттлеи и самого Алгера. — Нет, – спокойно качнула головой Адмирал и тут же пояснила: — С учётом всей полученной информации (от вас и моей команды) можно точно сказать, что Шарф не любит – даже ненавидит – рыбу, а всё из-за того, что в детстве он подавился рыбной костью. И это было ключом к сегодняшней операции: “грибная” тактика Каттлеи основывалась на уничтожении живых сил противника с минимальными для себя рисками. Те грибы, что оказались пущены…