В карете на пути на Бёклунд-стрит из собора Святого Самуила Клейна настигли иллюзорные молитвы. Он тут же сделал приблизительный вывод, что молилась девушка, и это явно было не срочно, потому не стал подниматься над серым туманом, и лишь поднял белую фарфоровую чашку с золотыми ободками, дабы сделать глоток ароматного чая, провожая взглядом медленно проплывающие во тьме уличные фонари. В этот момент Ричардсон, явно набравшись храбрости, произнёс: - Сэр, я всё обдумал. Вы правы - все начинают без опыта. Спасибо, что предоставили мне шанс для роста. Учитывая многократную смену своих работодателей в столь короткий срок, что лежала пятном на послужном списке Ричардсона, он понимал, что в случае ухода от Дуэйна Дантеса ему будет трудно продолжить работать камердинером. А это было бы крайне пагубно. Не только из-за жалования, составляющего не менее двадцати пяти фунтов, что было выше, чем на любой другой работе, не связанной с управлением, но и из-за возможности продвинуться до дворецкого. Ведь всюду следуя за тем, кто его нанял, камердинер постепенно становился рупором и помощником, а это позволяло развивать все те черты и навыки, что были необходимы для становления дворецким, а в результате и доверенным лицом. А у Ричардсона при его положении были все возможности, он не хотел быть всю жизнь слугой. Он жаждал спокойной жизни, и он был готов тяжело работать, чтобы занять высокое положение дворецкого в богатой семье. Это была его конечная цель. - Ещё не поздно понять это сейчас, - с улыбкой ответил Клейн, соглашаясь. В доме он поручил Танедже распорядиться об ужине к половине одиннадцатого, а сам направился на третий этаж, где его ожидала нагретая ванна. Однако вместо неё он поднялся над серым туманом, чтобы узнать содержание молитвы. “Мистер Х… Путешественник… А мисс Маг…