Над серым туманом, во дворце, похожем на обиталище гиганта. Клейн постукивал по краю крапчатого стола, мысли крутились вокруг того странного игрального кубика. – Он на меня может подействовать, а я и не замечу... Уже чем-то смахивает на 0-08, каким он некогда был. Дело в том, что один здесь, передо мной, а другой спрятан... Это определëнно Запечатанный Артефакт, и разновидность из самых пиковых. Даже если он не Степени 0, то среди Артефактов Степени 1 занимает очень особое место... Я временно неспособен вмешиваться в дела, связанные с судьбой, но не могу же я безучастно взирать на это, сидеть, сложа руки. С течением времени предметы уровня Запечатанных Артефактов нередко начинают приносить вред посерьёзнее. Кубик может начать действовать на людей в окружении Аптекаря, например, на меня или всех остальных пассажиров корабля... – Клейн скрупулезно обдумывал дело, но никаких решений в голову не приходило. И он решил поскорее вернуться в реальный мир. Клейн не знал, ни как запечатать кубик, ни как снизить его воздействие, но знал, что кое-кто может дать подсказку. А именно – Змей Судьбы Уилл Осептин, что был ещё зародышем в материнской утробе! Войдя в хозяйскую спальню, Клейн достал из бумажника журавлика и положил на стол. Оглядел, на поверхности бумаги до сих пор виднелись следы стëртых надписей. Взял карандаш и написал простой вопрос: "Что мне делать с этим кубиком?" Сложил журавлика снова в первоначальный вид, сунул в бумажник, подошёл к двери в комнату слуг и дважды постучался. Это не противоречило особенностям личности Германа Воробья, тот был безумцем-джентльменом. Разумеется, Клейн больше всего боялся перепугать Дарквилла до смерти, слишком резко открыв дверь. На это его навели воспоминания о кинофраншизе "Пункт назначения". Вдобавок Клейн побаивался увидеть что-то…