Пение Леонарда напоминало колыбельную, которая лёгким эхом отражалась от дверей и спускалась вниз по деревянной винтовой лестнице. На Клейна сразу навалилась вялость и апатия. Ему показалось, что он видит тихий лунный свет и безмятежную водную гладь. Его веки быстро тяжелели, как будто Клейн уже засыпал. Среди всех этих смутных ощущений он почувствовал странный, какой-то бесформенный и в то же время безразличный взгляд на своей спине. Клейну показалось, что его каким-то образом затянуло в духовный мир. Его захлестнуло ошеломляющее чувство дежавю, и Клейн неожиданно пришёл в себя. Даже хорошее духовное восприятие и навыки Когитации не помогли ему спастись от влияния Полуночной Поэмы. Однако Клейн оставался спокойным и ничем не выдал своих эмоций. Вскоре Леонард перестал петь и с улыбкой повернул голову. «Думаю подать Капитану заявку на лютню Фейнапоттер. Какая я могу выступать без аккомпанемента?» «Хе-хе, неудачная шутка. Я слышу, что они уже уснули». Черноволосый и зеленоглазый Ночной Ястреб с внешностью поэта шагнул вперед и направился к двери, отделявшей их от похитителей и заложника. Он внезапно двинул плечом и ударил возле дверной ручки. Хрусь! Дерево вокруг замка негромко хрустнуло и сломалось. «Подобный удар требует точного контроля», - Леонард повернул голову и улыбнулся. Он засунул руку в пробитую дыру и открыл дверь. Клейн, только что вышедший из ступора, был не настолько уверен в себе. Он сунул руку в кобуру, вытащил оттуда револьвер и провернул барабан, убедившись, что в любой момент сможет выстрелить. Когда дверь открылась, он увидел человека, спящего на столе с пистолетом у его ног. Другой мужчина в оцепенении потирал глаза, пытаясь встать. Бам! Леонард скользнул вперед и ударом кулака лишил пробуждающегося похитителя сознания. Клейн тоже планировал войти,…