Том 1 Глава 37 - Глава 30: Воспоминание Джанин обняла Кольта, стараясь быть как можно нежнее. Её спутник жизни был уже не так молод, как прежде: седина расползлась по редеющей шерсти, некогда безупречно белые клыки пожелтели, а разум играл с ним злые шутки, заставляя путать слова и порой принимать Богдана за Игнация. Но этой ночью, прекрасной и печальной, свет, который она увидела в его глазах, когда они впервые вместе отправились на разведку, вернулся, и его руки нежно и слегка подрагивая вернули объятие. Они выглядели так странно вместе, она и он. Джанин, маленький бугор мышц, чьи руки были толщиной с его торс, а её шерсть была цвета ночи. Телосложение Кольта стало куда легче, чем прежде: возраст и разные болезни изнуряли его, пожирая столь немногие нетронутые калории и стачивая выносливость. Руки его истончились, и он уже не мог полностью обхватить её талию; его лапы не доходили до её рёбер. — Ты… — Джанин подавила слёзы, не желая давить весом на самца, которого любила. — Тебе не обязательно это делать, Кольт. Всегда возможно изгнание. — Она попыталась достучаться до своей второй половинки в последний раз. — Мы можем уйти вместе! Я уверена, наши детёныши последуют за нами, и мы найдём себя в иных местах, станем приносить пользу по-другому! — Мы дали клятву. Если ты бросишь пост, сколько погибнет? Наши сёстры и братья, лишённые твоей силы. Нормалы, которые зависят от нас… и к тому же я не хочу быть обузой или потерять себя, Джани. — Его лоб прижался к её груди, а её пасть легла на его затылок. Их дыхание согревало их в последний раз. — Жертва значит что-то лишь тогда, когда она добровольна. Это жизнь, которую я выбрал, и это дорога, по которой я пройду до конца. — Они разомкнули объятие, и Джанин посмотрела на его морщинистое лицо, замечая недостающую верхнюю губу и…