Том 1 Глава 35 - Первая искра жизни в Пустоте Глава 35. Первая искра жизни в Пустоте Сознание вернулось к Дмитрию медленно и неохотно, будто выныривая из густой, вязкой смолы. Первым пришло ощущение холода — ледяного металла операционного стола под спиной. Затем — боль. Глухая, разлитая по всему телу, она была уже не острой агонией, а тяжелым, изматываемым фоном, напоминанием о том, что он все еще жив. Или, по крайней мере, его тело еще функционировало. Он лежал, не открывая глаз, прислушиваясь. Тишина. Та самая, оглушительная и абсолютная, что оставалась, когда уходил Люциан. Не было ровного гула систем, ни мысленных подсказок, ни холодного синего свечения, отбрасывающего тени на стены. Лишь монотонный гул в собственных ушах и прерывистый стук сердца — единственные звуки в этом металлическом гробу. Он попытался пошевелиться, и тело ответило пронзительной болью в груди, заставив его сдавленно застонать. Память вернулась обрывками: Зот, лезвие, отрубленная рука, падение в ничто, операция на себе... Он поднял уцелевшую левую руку, медленно, будто она была сделана из свинца, и потрогал грубый шов на грудной клетке. Он был жив. Чудом. Ценой нечеловеческих усилий и последних капель силы. «Люциан...» — имя пронеслось в его сознании беззвучным стоном. В ответ — лишь пустота. Глубокая, бездонная, куда более страшная, чем физическая боль. Собрав волю в кулак, он заставил себя сесть. Голова закружилась, в глазах потемнело. Он опустил ноги с холодного стола, и ступни коснулись пола. Под ним лежал засохший, коричневый след его же крови. Он попытался сконцентрироваться, вызвать в воображении эфирную трость, простейший костыль. Но пространство вокруг было мертвым. Эфир, если он и был здесь, не откликался. Без Люциана он был слеп и беспомощен, как новорожденный. Инстинкт велел ему…