Том 2 Глава 11.2 Ее янтарные глаза сияли золотом, Клементина немедленно положила руку на рану Филимины. Из этой руки начал исходить слабый серебристый луч света. Это замедлило силу кровотечения, хотя и незначительно. Не в силах ничего сделать, Агедилус просто наблюдал за этим. То, что Клементина наложила на Филимину, являлось разновидностью магии света, классифицируемой как магия исцеления. Она не так эффективна, как магия духа из кристаллов, но если пострадавшая сторона подвержена воздействию демонов, магия света, безусловно, должна быть самой эффективной. Анализируя это так спокойно, что это было странно, Агедилус почувствовал что-то в себе. «То, что... ты ... должен делать». Он мысленно обдумывал слова Клементины, снова глядя на человека в своих объятиях. При виде цвета лица Филимины, гораздо худшего, чем раньше, он совершенно не находит слов. Эти сияющие золотом глаза смотрели на Агедилуса, и Клементина заявила: - Ты должен помочь, быстро! Или ты хочешь, чтобы мой любимый друг ускользнул от меня?! - ...Черта с два я бы это допустил! Ее обычно спокойный голос звучал резко, и Агедилус рефлекторно крикнул ей в ответ. Затем, наконец, "что он должен сделать" доходит до него с глухим стуком. «Ах, да. Все верно». Он уже не тот человек, каким был в тот день, когда был молод, когда все, что он мог сделать, это безрассудно действовать со своей магией. Ибо кто был тот, кто с тех пор усердно посвятил себя изучению магии? Все это… все имело только одну цель: защитить Филимину, которая теперь была в его объятиях. Он хотел защитить ее от всего, просто потому, что она была единственной, кто не позволял покорно защищать себя, просто потому, что это она сказала, что хочет стоять рядом с ним. Он переоценил себя, думая, что стал способен защитить ее. Теперь Агедилус слишком поздно…