Преследующие образы окровавленного трупа Алеи, её жестоко отрезанных конечностей и разрушенного ядра, заполонили мой разум, пока я смотрел на скол на левом роге Уто. Любая форма сдерживания, которая мешала мне убить Вритру, исчезла, и я подошёл к нему. «Это был ты?» — спросил я, в моём голосе звучала злоба. Сзади в мою голову просочилась обеспокоенность Сильви, но в ней не было смысла. С каждым моим шагом вперёд, самоконтроль, который позволял мне сохранять нейтралитет во время этой встречи, ослабевал. Мана хлынула из моего тела, как ураган, шокировав Вритру и пробудив Вириона от его ярости. «Это ты убил Алею?» Я сделал ещё один шаг. «О чём ты, щенок?» — огрызнулся Уто, его брови нахмурились от нетерпения. «Копьё в подземелье, у которой перед смертью отрезали все конечности» — уточнил я, мой голос был ледяным. «Это был ты?» «Ахх» — сказал Вритра, его губы изогнулись вверх. Судя по тону его голоса, я уже знал ответ. Дразнить Вириона и использовать его внучку как игрушку — это одно, но тот факт, что именно он ответственен за ужасные пытки и смерть Алеи, придал серьёзность его угрозам. Он должен был умереть. «Эта милая маленькая эльфийка? Что если это был я, сопляк?» — прошипел Уто. Я открыл рот, чтобы ответить, но Алдир не дал мне возможности действовать импульсивно, появившись прямо передо мной с суровым взглядом. «Это то, чего он хочет. Не позволяй ему провоцировать тебя». Я глубоко вздохнул. Конечно, я знал, что Уто специально провоцирует нас — любой человек даже с каплей мозга мог это понять. Что касается того, было ли это сделано с умыслом или потому, что он был настолько импульсивным... У меня было чувство, что это и то, и другое. Проглотив горький привкус во рту, я проигнорировал Уто. Повернувшись к Силриту, я спросил: «Есть ли что-то ещё, что нужно обсудить? Или…