От лица Мики Эртборн. «Мика* устала от Звериных полян», — сказала я, зная, что мои жалобы будут раздражать эльфийское Копье. «Мике скучно. С-К-У-Ч-Н-О, скучно». # Прим. Пер. — Для тех кто забыл, Мика из тех людей, что говорят о себе в третьем лице, а для тех у кого память ещё хуже, Мика — Копьё Дворфов. Айя, которая медитировала и совершенствовала свое ядро, не ответила. «Мика и ее сестры не были бы здесь, если бы не этот ужасный мальчик», — ворчала я, представляя себе темноволосого Алакрийца, чье появление решило нашу судьбу в Этистине — «с его темным огнем и черным металлом...» Айя дернулась, когда я назвала ее и Варай моими сестрами, но никак иначе не отреагировала. «Мика как раз думала о том, как Варай запустил целый ледник в Косу. Помнишь, как он поднялся из бухты, словно его бросили из гигантской катапульты?» — я взяла с койки одну из каменных кукол, которые я сделала, и имитировала, как ледник врезается в нее, разбивая куклу пополам своим кулаком. «Мика думала, что это сработает, но проклятое черное пламя проело ледник, как...» «Как огонь сквозь лед?» — спросила Айя, ее глаза все еще были закрыты. Я снова соединила две половинки куклы вместе. Это была злобная, уродливая маленькая штучка, сделанная по образцу одного из моих учителей в Институте Эртборн. По крайней мере, именно его я пыталась вылепить. Она была больше похожа на сморщенный, бородатый картофель. Я бросила куклу обратно на свою койку, где она с грохотом ударилась, затем зажгла свое ядро и изменила гравитацию на противоположную, заставив меня медленно подняться в воздух и зависнуть в паре футов над землей. «Вы, эльфы, всегда так умело обращаетесь со словами. Мика считает, что, возможно, именно поэтому ты так поздно добралась до Этистина. Может быть, пишете стихи? Айя приоткрыла один глаз, чтобы…