Том 1 Глава 1 - Кровь и Плоть Цех просыпался раньше людей. Задолго до того, как сирена вырывала из снов рабочих бараков, в его недрах уже гудели исполинские холодильные установки, гоняя по трубам фреон. Этот гул был настолько вездесущим, что Георг давно перестал его замечать, но сегодня, в сером рассветном полумраке, он снова резанул слух. Казалось, это стонет само пространство, сжимаясь вокруг бесконечных рядов чанов из нержавеющей стали. Георг лежал на верхней полке двухъярусной койки и смотрел в потолок, покрытый паутиной трещин. До подъема оставалось минут десять, не больше. Он всегда просыпался загодя — привычка, въевшаяся в подкорку за пять лет на фронте, а теперь нашедшая применение здесь. Он прислушался к дыханию внизу. Алекс спал, уткнувшись лицом в подушку, свесив почти до самого пола длинную, жилистую руку с татуировкой штопора на запястье. Штопор — дурацкая, бессмысленная наколка, сделанная еще в юности, когда они оба верили, что жизнь будет чередой веселых пирушек, а не бесконечной переработкой отходов. Георг бесшумно спустился, стараясь не скрипеть старым остовом кровати. Сунул ноги в деревянные сабо, обитые изнутри истертым войлоком. В бараке было зябко, пар изо рта шел едва заметной струйкой. Он натянул серую робу, пропахшую химией так, что этот запах, казалось, въелся в поры навсегда. Никакие бани, никакое хозяйственное мыло не могли его вытравить. Запах состоял из трех основных нот: сладковато-приторной гнили органики, едкой горечи технической смолы и глухого, тяжелого духа грязного машинного масла. Этот букет стал их личными духами. — Вставай, алхимик, — Георг легонько пнул ножку кровати. — Смола стынет. Алекс заворочался, издал протяжный стон, похожий на звук неисправной лебедки, и резко сел. Его светлые, почти белесые волосы торчали в разные…