Том 1 Глава 20 - Электроугли — 43-й километр Электроугли — 43-й километр Да. Больше пейте, меньше закусывайте. Это лучшее средство от самомнения и поверхностного атеизма. Взгляните на икающего безбожника: он рассредоточен и темнолик, он мучается, и он безобразен. Отвернитесь от него, сплюньте и взгляните на меня, когда я стану икать: верящий в предопределение, и ни о каком противоборстве не помышляющий, я верю в то, что он благ, и сам я поэтому благ и светел. Он благ. Он ведёт меня от страданий к свету. От Москвы — к Петушкам. Через муки на Курском вокзале, через очищение в Кучине, через грозы в Купавне — к свету и Петушкам. Дурх ляйден — лихьт! Я заходил по площадке в ещё более страшном волнении. И всё курил, и всё курил. И тут — яркая мысль, как молния, поразила мой мозг: — Что мне выпить ещё, чтобы и этого порыва — не угасить? Что мне выпить во имя твоё?… Беда! Нет у меня ничего такого, что было бы тебя достойно! „Кубанская” — это такое дерьмо! А „Российская” — смешно при тебе и говорить о „Российской”. И „розовое крепкое” за рупь тридцать семь! Боже! Нет, если я сегодня доберусь до Петушков — невредимый — я создам коктейль, который можно было бы без стыда пить в присутствии бога и людей. В присутствии людей и во имя бога. Я назову его „Иорданские струи” или „Звезда Вифлеема”. Если в Петушках я об этом забуду — напомните мне, пожалуйста. Не смейтесь. У меня богатый опыт в создании коктейлей. От Москвы и до Петушков пьют эти коктейли до сих пор, не зная имени автора, пьют „Ханаанский бальзам”, пьют „Слезу комсомолки”, и правильно делают, что пьют. Мы не можем ждать милостей от природы. А чтобы взять их у неё, надо, разумеется, знать их точные рецепты; я, если хотите, дам вам эти рецепты. Слушайте. Пить просто водку, даже из горлышка, — в этом нет ничего, кроме…