Том 1 Глава 56 — Мне снился сон… Сон, в котором ты меня совсем бросил… Врач-психиатр, вызванный к Мишель, поставил диагноз: деменция. Стало ясно, что попытки убедить её в том, что Эйден — её сын, не помогут делу. — Я Эйден. Я не Мартин и не виконт Маллентайн Идиас Роман. Я твой сын. Но Эйден упрямился. Неужели теперь ему притворяться перед матерью отцом? Мало того что он сыграл бесчисленное множество ролей, — теперь он должен изображать подонка, который бросил их и сбежал? И ради чего? Ради удовольствия этой женщины? Ему не хотелось с этим мириться, и он снова и снова напоминал ей, кто он. Но... — Что ты такое говоришь? У меня нет детей. Я ведь даже замужем не была… — … — Ты кто? Почему ты в моём доме? Погоди, мама, папа...! Всё было тщетно. Память Мишель остановилась на времени до того, как у неё появился ребёнок. Возможно, это было неизбежно. Ведь те дни были самыми счастливыми в её жизни. Только тогда Эйден решил смириться. В памяти Мишель не осталось его. Будь то из-за отсутствия хороших воспоминаний или потому, что все они были плохими — причина была неясна, но Эйден чувствовал лишь горечь. Он был тем существом, которое лучше забыть. Но это справедливо. Так думал Эйден. Разве она не забыла всё, что случилось после его рождения? Когда он написал Милеве письмо с просьбой о помощи и позвал её, Мишель вспомнила Милеву, но не помнила своего ребёнка. — Милева, я видела тебя вчера, но ты выглядишь такой другой... — Вчера? Мишель, мы не виделись больше десяти лет. — Что ты говоришь, мы же вчера репетировали кордебалет. — Мы все уже бросили балет, Мишель. У тебя есть ребёнок, у меня тоже. Ты же знаешь, у меня трое сыновей. — У тебя есть сыновья? Ерунда, что ты несёшь? Она вложила столько сил, чтобы вырастить его, следила за ним, сносила двери, в детстве заставляла его…