Том 1 Глава 29 В кромешной тьме ярко мерцала красная свеча. Сначала это была всего лишь точка, затем она выросла до размера большого пальца, затем до ладони, становясь всё отчётливее. – ...Ах. Вероника, лежащая на боку, потянулась к огню, но рука безвольно упала на пол. Она не могла понять, сколько прошло времени. Такое чувство, словно она потеряла нить, увлёкшись игрой. Всё её тело иссохло, как зимняя трава, от бесконечно суровой температуры. Как она ещё не сошла с ума и не умерла, даже не обладая святой силой? Пол, вращающийся под ней, казался стеной. В комнате с чёрными каменными стенами она была совершенно одна. Мучители из чёрного коридора и пальцем её не тронули. Немногие могли противостоять яростной ауре, которая исходила от неё. Кто-то из святых рыцарей бросил девушку в маленькую камеру и запер дверь. Жестоких пыток не последовало. Но слияние само по себе было пыткой. Каждый раз, когда она теряла сознание, её посещали видения, в которых пожирала людей или порождала монстров. Подобно белым личинкам, вылезающим из пищевых отходов в глухих переулках, Бахамут являлся миру. Вероника отчаянно желала, чтобы это поскорее закончилось. Хотела, чтобы мозг взорвался от жажды и сухости. Но она упорно держалась, хотя сердце болело так, словно горело. Вероника утопала в нескончаемой боли. – Вставай. Командир хочет тебя видеть. Она пришла в себя, когда кто-то грубо дёрнул за руку. Запястья были прикованы цепями к стене, как к кресту, и, хотя тело обмякло, девушка не могла упасть. «Командир...? Речь о Мекленбурге?» – Значит, ты и правда ещё жива. В камере послышались тяжелые шаги мужчины, внимательно наблюдавшего за апатичной Вероникой. Когда свет проявил то же самое каменное лицо, которое она помнила, то нахмурилась и вызывающе вздёрнула подбородок. Крепко стиснула зубы, чтобы…