Том 1 Глава 4 - Эхо разрушенной горы Утро началось не с привычного запаха свежезаваренного чая и не с ехидных подколок Аманэ. Оно началось с тишины. С той самой абсолютной, звенящей тишины, которая бывает только в заброшенных храмах или на пепелищах. Курона открыл глаза, чувствуя во всем теле свинцовую тяжесть. Вчерашняя тренировка выжгла его дотла, но стоило ему пошевелиться, как перед глазами всплыла картина: брызги воды в источнике, покрасневшее лицо Хотару и смех Аманэ. Он невольно улыбнулся, ожидая, что сейчас дверь распахнется и Аманэ снова ворвется в комнату с каким-нибудь безумным предложением. Но за дверью было тихо. — Аманэ? — позвал он, и его собственный голос показался ему чужим и слишком громким в этой пустоте. Он быстро оделся, на ходу застегивая пуговицы рубашки. Тревога, пока еще маленькая и холодная, зашевелилась в груди. Он вышел в коридор, затем в гостиную. На столе стояла чашка чая. Она была еще теплой, над ней поднимался едва заметный пар, но край фарфора был сколот, а на скатерти расплылось темное пятно, словно кто-то резко дернул руку. — Хотару! — Курона бросился в сторону её покоев. Он столкнулся с ней в дверях. Хотару выглядела... иначе. На ней не было её привычной маски ледяного спокойствия. Волосы были слегка растрепаны, а в глазах застыло выражение, которое Курона никогда не надеялся увидеть у «Ледяной Королевы» — чистый, неразбавленный шок. — Её нет, — коротко бросила она. Её голос дрогнул. — Я обыскала весь замок. Никаких следов борьбы внутри. Но на пороге... идем. Они вышли на крыльцо. Курона застыл, чувствуя, как земля уходит из-под ног. Прямо перед входом в дом на серых плитах зияли черные, уродливые отметины. Это не были следы от огня. Камень был не обожжен, а словно отравлен. Тлеющая энергия, похожая на обугленные перья, впечатанные в…