Том 25 Глава 3 - На далёкой кромке прибоя На далёкой кромке прибоя ПЕРЕВОД НЕ МОЙ. АВТОР ПОЖЕЛАЛ ОСТАТЬСЯ АНОНИМНЫМ Пока Контроль не сообщил, что до посадки осталось совсем немного, Харухиро думал: ну вот, значит, так оно и бывает. Хотя и «так» — слово лишнее: не было тут никакого «так». Просто в ушах всё время стоял тот самый мерзкий, надсадный скрежет, а он сидел в кресле, молча, как приклеенный, и больше заняться было нечем, кроме как следить взглядом за белой точкой, ползущей по карте рельефа. Когда Контроль начал отсчёт, Харухиро всё-таки подумал: вот теперь — по-настоящему. Сердце пошло быстрее. Дыхание сбилось. «Пять» «Четыре» «Три» «Два» «Один —» Хорошо, что он успел стиснуть зубы. Кресло держало тело намертво — не подбрасывало, не ломало шею рывками, — но удар был, настоящий, тяжёлый. И ещё звук. Такой, что, казалось, если пустить себя по наклонной трубе и дать катиться вниз, внутри будет примерно так же: железо визжит, гул бьёт в кости. Прежний скрежет исчез, будто его и не было. До этого в контрольной было сумеречно светло, а теперь вдруг стало темно. Не совсем — карта и какие-то служебные знаки всё ещё горели на передней панели, — но внешнее изображение исчезло. Пока они падали, снаружи что-то показывало; сейчас — одна сплошная чернота. Положение менялось. Не сама контрольная — скорее весь Ковчег. Его повело вправо. Сначала медленно. Потом всё сильнее. А потом — в один миг — как будто перевернуло через край, и дальше его закрутило, закрутило, закрутило... Если бы кресло не удерживало, Харухиро уже летал бы по воздуху, как тряпичная кукла. Йори. Риё. И особенно Тата. Он попытался приподнять голову — и тут же ощутил, что фиксация станет слабее. Нельзя. Лучше не дёргаться. Оно остановится? Похоже, да. Сели. А может, не просто сели — рухнули, покатились по…