Том 24 Глава 1 - Я позову тебя по имени. Я позову тебя по имени. Армия устремляется вперёд. «Как же это…» — думает Манато — «Разве нам не следует бежать?» Рука Йори лежит на рукояти его красного меча. Она готов обнажить его в любой миг. И всё же — она не делает этого. Рийо сжимает левое плечо Манато. Именно Рийо когда-то показала Манато то, что стоит за его спиной— сгусток бесчисленных чёрных рук, демона, — Преисполненной Раскаяния. . Демон застыл в той же позе и не двигался. Тата замер между Рийо и Манато, лицом к лицу с Преисполненной . «Где Хару?» Манато пытается найти Хару, но что-то не так. Проблема не только в нём. Нет никаких сомнений — мы должны бежать. Это очевидно, не требующее раздумий. Мы должны бежать как можно скорее, но все застыли, словно Ренджи. «Вааа». Манато почудилось, что он закричал. Почему-то он не слышит собственного голоса, хотя был уверен, что произнёс эти слова. Чёрный. Кромешная тьма. Всё есть, но я ничего не вижу. Оружие. Чёрные руки. Меня касаются чёрные руки. Всё моё тело… Чёрные руки, чёрные кисти касаются тела Манато повсюду, давят, скручивают и щипают. Чёрные пальцы, наверное, проникают между веками и глазными яблоками. Манато инстинктивно сомкнул губы, но это бесполезно. Верхняя и нижняя губы раздвигаются, зубы размыкаются. В мгновение ока его рот наполняется чем-то чёрным. Оно проталкивается глубже, в гортань. Это ужасно. (Это ужасно…) Но самое ужасное и жестокое — я всё помню. (Что…?) Я не забыл. (Ничего…?) Я не могу забыть. (Ни единой вещи…) Всё это выгравировано во мне. Не тонко процарапано лезвием бритвы, а глубоко, будто вырублено резцом, высечено намертво. (Где…?) Внутри. Не снаружи, а внутри. Глубже. В самой глубокой части меня. Я помню. Не могу забыть одно-единственное имя. Как было бы чудесно, если бы я мог просто забыть.…