Том 1 Глава 10 Жизнь и в самом деле продолжалась, но для Маана она стала совсем другой, непривычной, и оттого тягостной. В ней было почти все то, что окружало его раньше, но в то же время она настолько отличалась от того, что он привык считать своей жизнью, что сперва это казалось ему сном — навязчивым, муторным, от которого невозможно проснуться. Теперь основной составляющей нового мира Маана была боль. Они были старыми знакомыми, ведь инспектор Контроля – это не та должность, что позволяет прожить без единого шрама. Маан считал, что знает все о каждом проявлении боли, но боже, как же он ошибался! Его тело, обветшавшее, враз ставшее жалким и слабым, даже не говорило – кричало об этом. На следующее же утро после того, как Маан выписался из госпиталя, видимо, действие смягчающих медикаментов, которыми его накачивали врачи, завершилось, и вновь огненные термиты м у ки облепили все его тело, стали бороздить кожу и плоть под ней, пробираясь глубже и глубже, заполняя его изнутри и выгрызая подчистую, точно Маан был всего лишь остовом какого-то мертвого животного, до которого добрались насекомые-падальщики. Самым неприятным стало первое пробуждение, похожее на какое-то страшное похмелье, совершенно разбившее тело, звенящее в голове тысячами стеклянных осколков и наполнившее вены вместо крови густым зловонным ядом. Чтобы встать с кровати, Маану пришлось потратить добрых минут десять — стиснув зубы, он заставлял ставшие непослушными члены шевелиться, и каждая попытка была настолько мучительна, что после нее приходилось делать перерыв — на спине высып а л пот, казавшийся то ледяным, то раскаленным, перед глазами плыли рваные, грязные клочья серых облаков, а зубы стучали, выбивая отвратительную дробь. Кло, проснувшаяся раньше мужа и собиравшаяся на службу, нахмурилась: — Джат,…