Том 1 Глава 2 - Тишина после крика Часть I. «…и зверь внутри затаился» Квартира встретила их пустотой. Дядя Лауренс, высокий, подтянутый мужчина с поседевшими висками, снял пальто, даже не включая свет. Ксен не проронил ни слова. Его лицо застыло, а глаза остекленели. В них не было ни страха, ни боли. Только… выжженная пустота. — Возьми, — сказал Лауренс негромко, положив на старый комод у входа небольшую коробку. Та тихо стукнула о дерево, словно напоминая о себе. — Это то, что ты хранил в сейфе. На всякий случай решил взять. Думал, пригодится. Ксен не ответил. Даже не посмотрел. Стоял посреди коридора, словно заблудший, которого выплюнула буря. Дядя посмотрел на него ещё пару секунд, медленно кивнул — больше себе, чем племяннику — и направился к выходу. Перед уходом он лишь бросил: — Не запирайся от мира совсем, Ксен. Ты не один. Щелчок замка. Снова тишина. Прошло время. Сколько — Ксен не знал. Сначала его мысли тонули в холодном вакууме. Он сидел на полу, облокотившись на диван, обняв колени. Смотрел в одну точку, не мигая. На секунду — на минуту — на вечность. Где-то там, под потолком, еле слышно тикали часы. Они не спешили. В голове крутились обрывки: Глаза Алексы. Стекло, рассыпавшееся в закате. Её крик. Безмолвный… где он теперь? Почему? Наступило утро. Луч света пробился сквозь шторы, будто лезвие — но Ксен не сдвинулся ни на миллиметр. Потом наступил вечер. Затем ночь. Потом снова утро. И только на второй день, спотыкаясь от головокружения и ломоты в теле, он наконец поднялся и побрёл на кухню. Стакан воды задрожал в его руке. Он посмотрел в окно: серое небо. Люди куда-то шли. Смеялись. Кричали. Жили. А он стоял, не зная — жив ли ещё сам. В памяти всплыла сцена… Как стул разлетелся в щепки. Как он рухнул на пол. Как смотрел ей в глаза в последний момент,…